В журнале «Итоги» №22 (520) от 30 мая 2006 года опубликована статья-исследование «Дочки-Матери» в которой использованы материалы «Национального Рейтингового Агентства».

Дочки-матери
"Итоги" №22 (520) от 30 мая 2006 года
Константин Угодников

Россияне так и не избавились от низкопоклонства перед Западом - темпы роста их средств в дочерних предприятиях зарубежных банков гораздо выше, чем на рынке депозитов в целом. Если в прошлом году рынок частных депозитов в целом вырос на 40 процентов, то вклады в банках, контролируемых иностранцами, - аж на 60. Инобанкам наши сограждане доверили около миллиарда евро. Ситуация для иноземных "дочек" благоприятная. Но ведь, строго говоря, дочерние финансовые структуры, независимо от объема иностранного капитала в них, являются российскими учреждениями и подчиняются российским законам. При этом филиалов зарубежных кредитных организаций, которые пользуются, как известно, практически неограниченной нормативной и деловой свободой, в нашей стране нет и в обозримом будущем не предвидится. А коль так, то чем же тогда "дочки" инобанков отличаются от своих российских коллег? "Итоги" попытались найти эти невидимые глазу отличия.

Москва стоит мессы

По данным Центробанка РФ, на 1 января 2006 года в России работало 136 финансово-кредитных учреждений с иностранным капиталом (41 банк принадлежит иностранцам полностью). Для сравнения: в 2002 году таких банков было всего 125, а два года назад - 128. Почему иностранные банки так легко соглашаются работать на весьма жестких условиях, диктуемых российскими финансовыми властями? Ответ прост: российская экономика, а вместе с ней и отечественный финансовый рынок, развивается настолько динамично, что времени качать права у них попросту нет. "В последние годы привлекательность российской экономики для иностранных банков растет. Это связано не только с ценами на энергоресурсы в мире, но и с наблюдающимся в нашей стране потребительским бумом. А значит, следует ожидать дальнейшего роста участия иностранцев в капитале нашей банковской системы. И вопрос филиалов их волнует в меньшей степени, чем политиков", - уверен аналитик российской финансовой корпорации "Уралсиб" Владимир Тихомиров.

"Иностранный капитал устремляется в наиболее динамично развивающиеся и поэтому наиболее прибыльные сектора российского банковского рынка. На сегодняшний день это кредитование населения, малого и среднего бизнеса, а также инвестиционный бизнес", - пояснили в международной консалтинговой компании KPMG. Оценку экспертов подтверждают и сами банкиры.

"Мы занимаемся финансированием крупных предприятий, управлением их денежными потоками, активно работаем над организацией выпуска долговых ценных бумаг", - заявил "Итогам" Хендрик тен Босс, генеральный директор ИНГ Банк (Евразия), работающего в России уже десять лет. Материнский банк этого кредитного учреждения, голландский ING Bank N.V., является крупнейшим в сфере депозитарных услуг. Сумма активов в его депозитариях по всему миру превышает 112 миллиардов долларов. Сам господин тен Босс видит перспективы бизнеса своего банка в России в развитии пенсионного страхования и лизинговых операций. То есть как раз в тех секторах, где российские банки не столь сильны, но где можно получить немалые дивиденды, если застолбить место в первых рядах.

Так что по поводу организационно-правовой формы деятельности инобанков в России банкиры стараются не париться. Руководство Ситибанка вообще не видит в этом проблемы. "Мы зарегистрированы здесь как дочерний банк с 1993 года и вполне нормально себя чувствуем, - говорит "Итогам" его вице-президент Наталья Николаева. - Мы банк российский, хотя 100 процентов наших акций принадлежит тому самому Сitibank, о котором знают во всем мире".

ИНГ Банк (Евразия) не против был бы скорректировать нынешние правила, но это всего лишь мысли вслух. "Мы предпочитаем сопоставлять наши ожидания с реальными возможностями. Текущая ситуация не очень мешает ING Bank в Москве, и мы продолжаем неуклонно развивать его как дочернюю компанию", - говорит Хендрик тен Босс. Он признает, что в качестве филиала им было бы работать удобнее. "Действительно, если бы в Москве функционировал филиал ING Bank N.V., это было бы выгодно. Мы считаем, что это бы облегчило ведение бухгалтерии и отчетности, а соответственно спасло бы время и деньги. Это обеспечило бы более доступные финансовые ресурсы, так как мы бы имели легкий и прямой доступ к кредитным ресурсам ING Bank в Нидерландах.

Однако текущая ситуация нас не очень ограничивает, и мы продолжаем неуклонно развивать ING Bank как дочернюю компанию", - поясняет банкир.

Филиалофобия

И тем не менее почему российские финансовые власти (да и отечественные банкиры тоже) панически боятся перейти финансовый Рубикон, пустив в страну иностранные филиальные сети? "Опасения российских банкиров, связанные с открытием иностранными банками филиалов на территории страны, вполне оправданны. Филиал иностранного банка должен лишь информировать российский Центральный банк о своей деятельности. Он не обязан выполнять действующие в стране нормативы или предоставлять весь набор отчетности, требуемой регулятором от российского банка. Поскольку система банковского регулирования в России более жесткая, чем в развитых странах, российские банки заранее оказываются в невыгодных конкурентных условиях по отношению к иностранным банкам", - поясняет эксперт KPMG Виктор Шпрингель.

Это одна сторона дела. Вторая состоит в том, что при полной открытости границ возможен приход в страну не самых надежных финансовых институтов. В Банке России напомнили "Итогам" одну такую поучительную историю. В 1991 году в семи странах мира одновременно были опечатаны подразделения британского Bank of Credit and Commerce International (BCCI). Регулирующие органы этих стран установили факт масштабного мошенничества, и его деятельность была прекращена. Однако клиенты понесли огромные потери - по различным оценкам, они составили от 10 до 17 миллиардов долларов, и выплатить в процессе ликвидации этого кредитного учреждения удалось неизмеримо меньшую сумму. BCCI на чужих территориях работал как раз через филиалы. В скандал, созревавший в течение двух десятков лет, оказалась вовлечена целая международная сеть финансовых институтов. Деятельность BCCI и некоторых из его управляющих в дополнение к их служебным обязанностям состояла в выдаче сомнительных займов, подделке записей, приписках, мошеннических торговых операциях, отмывании денег. "Мы на эти грабли наступать не хотим, - заявил наш источник в ЦБ. - Это уже вопрос не только конкурентоспособности национальной банковской системы, но и безопасности всей страны. И здесь не до шуток".

Дочерняя любовь

Впрочем, когда-то в России обосноваться иностранному капиталу было практически невозможно. "Раньше было намного сложнее", - признался "Итогам" совладелец группы "Ренессанс Капитал" новозеландец Стивен Дженнингс. Он приехал в Россию еще в 1992 году в качестве представителя банка CS First Boston и занимается здесь бизнесом по сей день. От местного его теперь не сразу и отличишь, по-русски говорит не хуже многих наших соотечественников.

Он стал первым работающим в России банкиром, организовавшим IPO для отечественной компании на Нью-Йоркской фондовой бирже (это было размещение ADR "ВымпелКомa" в 1996 году). Выступил также первым консультантом по выпуску рублевых облигаций. Собственно же Банк Ренессанс Капитал учрежден в 2000 году, он специализируется на потребительских кредитах, имеет более 30 представительств в регионах, сотрудничает с компаниями розничной торговли.

Однако, когда Дженнингс и другие иностранные банкиры начинали работать в России, действовал запрет не только на открытие филиалов иностранных банков, но существовала еще и квота на их участие в капитале отечественной банковской системы, запрет на вывоз валюты. Теперь же квота отменена, полностью сняты и ограничения на движение финансов через границу.

Иностранцев в Россию привлекает не только бурный экономический рост, но и колоссальный клиентский потенциал. Эксперты Агентства провели специальное исследование, на основании которого утверждается, что 2006 год пройдет под знаком массового прихода иностранных банков и иностранного капитала в Россию. Те, кто успел занять свою нишу до массированной "интервенции", немало преуспели в укреплении позиций. Причем "дочки", уже имеющие российскую историю, стремятся развивать розничный бизнес. Таким путем пошли Ситибанк, Райффайзенбанк, ХКФ Банк, BSGV, Калион Русбанк, Дельтакредит, КМБ-Банк и другие. Они составляют реальную конкуренцию отечественным коллегам. Есть банки, которые только начали осваивать площадки в разных секторах рынка, такие, как Морган Стэнли, работающий с прошлого года в качестве инвестиционного банка, среди новичков можно также назвать Банк Мелли Иран, Коммерческий банк Индии, Свенска Хандельсбанкен, Стандарт банк. Некоторые иностранцы покупают небольшие кредитные учреждения целиком и переименовывают либо приобретают доли в более крупных структурах с перспективой участия в бизнесе. Последняя крупная сделка - это приобретение дочерним австрийским Райффайзенбанком российского Импэксбанка.

Но это только прелюдия. По мнению экспертов Национального рейтингового агентства, бум начнется после того, как отечественные банкиры проведут аудит за 2005 год по международным стандартам. Как правило, это происходит в апреле - мае, значит, к осени стоит ждать крупных сделок по слиянию и поглощению.

Отличные от других

А теперь вернемся к вопросу, которым мы задались в начале статьи: чем иностранные банковские "дочки" отличаются от исконно российских кредитных организаций? Внешне отличий нет никаких. И те и другие работают на одном рынке, с одной и той же клиентурой, полностью подчиняются российским законам, платят российские налоги и подконтрольны российским финансовым властям. Но разница есть.

Во-первых, иностранцы более осторожны и разборчивы в контактах с властными структурами. То есть они не стремятся получить доступ к бюджетным средствам и финансовым потокам государства. Они стараются не вступать в опасные игры с государством. Старожилы вспоминают, что ни один банк, контролируемый иностранцами, накануне кризиса 1998 года не приобрел ГКО больше "порога риска". С одной стороны, такое дистанцирование от государства лишает их некоторых преимуществ, но с другой - дает больший запас прочности. Хорошо известны случаи, когда крупные российские банки, потеряв счета федеральных или муниципальных ведомств, очень быстро теряли запас плавучести.

Второе отличие - несопоставимость активов материнских иностранных банков с финансовыми возможностями подавляющего количества российских кредитных учреждений. Это дает возможность "дочкам" работать, что называется, "на развитие". То есть не гнаться за сиюминутной прибылью и прикармливать клиентуру выгодными условиями.

Третье отличие - больше психологическое. Дело в том, что все иностранные "дочки" носят "материнскую фамилию". А значит, головные компании следят за тем, чтобы репутация торговой марки не была подмочена. Ведь если вдруг выяснится, что российская "дочка" не выполнила своих обязательств, пятно ляжет на весь глобальный бренд. И на конкурентном рынке мало кто будет разбираться, была ли это "дочка" или "внучка", - ославят на весь мир.

Поэтому "материнский инстинкт" в этом секторе рынка весьма силен. Кстати, иностранные "дочки", пострадавшие, как и российские банки, во время кризиса 1998 года, практически ни разу не подвели своих клиентов.

Из всего этого, впрочем, не следует, что российские банки однозначно проигрывают западным коллегам. Многие из них обладают не меньшей степенью прозрачности, продвинутыми технологиями. Во многих банках трудится привлеченный из-за рубежа высококвалифицированный менеджмент. Кроме того, отечественная банковская система постепенно переводится на международный стандарт отчетности, и дорожить репутацией у наших банкиров также есть все основания.

И тем не менее заслуги иностранцев перед отечественной финансовой системой неоспоримы. Именно во многом благодаря им она стала более прозрачной, цивилизованной и конкурентоспособной. Что и требовалось доказать...

Статья в журнале журнале "Итоги"
Дистанционный рейтинг надежности банков с иностранным участием в уставном капитале более 50%